Наш человек в Индии

145

Обожаю читать дневники людей, которые живут в далекой-далекой стране и говорят о ней всю правду. Без купюр. А сейчас представьте, что эта страна — Индия.

«20 минут вспять, продираясь через заросли тропических зарослей в сторону парковки, я повстречал местного обитателя. Он был совершенно темный и в белоснежной, но грязной одежке. Пока я направлялся ему навстречу, он не сводил с меня глаз, как только я подошел, он произнес:

— Дабл ю дабл ю дабл ю дот ком…

Я опешил таким познанием местного обитателя.

— Дабл ю дабл ю дабл ю дот ком! — уже громче и более уверенно произнес он.

Я сообразил, что эта фраза, которую он очевидно подцепил из рекламы, была единственным, что он мог произнести на британском.

Если вы встретите на юге Индии человека, который восклицает Интернет-адреса, не удивляйтесь, пожалуйста. И передайте ему привет.

Ганг

Я плыл святейшей и самой грязной в мире рекой Ганг и следил за большим театром человечьих страстей под открытым небом. Сотки, тыщи людей молились, умывались, купались, стирали одежку и, в конце концов, просто пили из большой реки. А рядом были навалены кучи золы — прямо у воды сборочным потоком сжигали тела погибших, чтоб позже выслать пепел в последнее плавание священными водами.

Сотки тыщ, миллионы людей живут с мечтой умереть в Варанаси и быть розвіяним над этим тягучим потоком, волнами которого, время от времени проплывает чье-то недопалене ухо. Пожалуй, большего понимания той глубины культурной пропасти, которая отделяет одни народы от других, я не испытывал никогда.

В Индии миллион богов. Может быть, даже больше. Разобраться даже в основном пантеоне — кто чье отражение — жутко тяжело. А что уж гласить о «мелких богов», которые живут чуть не на каждом дереве. Логично, что самый ходовой в стране продукт — это особые оранжевые гирлянды для богослужений.

Я стоял по колено в Бенгальском заливе, и меня трясло от холода. «Да что с тобой? — удивлялся мой напарник Никита. — Вода же теплая». «Ты с Черным морем сравниваешь, — темно отвечал я, — а я с Южно-Китайским». Вправду, в последний раз я купался конкретно в Сиамском заливе в Камбодже более полугода вспять.

Но, дрожал я не от холода воды, а от озноба. Тот, кто посещал Индию, знает, что я имею в виду. В какой-то момент, это ожидает всех. Либо отравление, термический удар, либо все совместно, но симптомы схожие — скачок температуры, нестерпимая слабость, полная неспособность к принятию еды и очень стремительная утрата веса.

Храм Солнца

Мы замыслили оглядеть храмы. Но только ступив на раскаленную землю городка Бубанішвар, я остро сообразил, что никакие храмы либо загадочные пирамиды не принудят меня остаться в этом покрытом пылью и горячем городке ни секунды. Мне нужна была нора, в которую я мог бы заползти и отлежаться. Зализать раны, так сказать. Спасение пришло в виде стоящего под парами поезда до Разделяй. Я прыгнул вовнутрь, даже не приложив усилий приобрести билет.

И странноватое дело, чуть поезд тронувся, как я мгновенно вернул душевное спокойствие и даже стал ощущать себя лучше. И уже расслабленно, с энтузиазмом путника смотрел на выжженные поля Центральной Индии.

Я стоял в храме Солнца в городе Канарак. Палящее солнце щедро заливало свой храм жгучими лучами, но мне было уже все равно. Я слабо ощущал свое тело — возможно, конкретно так входят в состояние нирваны и добиваются просветления.

Шимла

Шимла была облюбована англичанами, которые начали использовать ее в качестве летней резиденции по полностью понятным причинам. Пережидать летнюю жару в Разделяй при наличии холодных гор в относительной близости — роскошный вариант самоистязания. Потому тут появилась де-факто летняя столица Индии, англичане ломятся сюда из Калькутты.

Единственная неувязка — прямо за колонистами, отошли в прошедшее, о разнице жары и прохлады сообразили и сами обитатели Разделяй. Потому окружающие склоны пестрят бетоном. Шимла остается приятным городком с шалеподібними домами, полностью альпийским вокзалом и помпезным дворцом вице-короля Индии.

Мантры

Я безпрерывно читал мантры. На физическом уровне, естественно, я этого не делал, но мантры читаются автоматом, если проходишь рядом с написанными на «молитвенных гирляндах» текстами. Либо если вращаешь молитвенный барабан.

Дхармсала — убежище Далай-ламы и тибетцев, которые добровольно последовали за ним в ссылку, — наилучшее место в Индии посреди мая.

Рай на земле. Ну, по последней мере, близки к нему подступы.

Палаточный городок

На подступах к Раю… я отыскал Шамбалу. Это оказался вид на Гималаи из лагеря Тріунд (2827 м). Палатки и лошадки, которые пасутся на фоне больших снежных гор. Что еще необходимо для курса медитации?

А еще нужна прогулка до лагеря горной тропой, через языки ледников посреди классных пейзажей.

На обложке моего карманного атласа мира (ну, понимаете, такая брошюрка с мягенькой обложкой) изображены Кремль, пирамида Хеопса, Эйфелева башня и Тадж-Махал. В сей день я дотронулся рукою до последнего из вышеупомянутых объектов.

— Может быть, стоит на этом успокоиться? — боязно спросил глас разума снутри моей головы, — согласно с обложкой атласа, весь мир ты уже пересмотрел.

— Nice try, loser.

Так почему же год спустя я с отчаянием желаю возвратиться туда? Я точно знаю, что сделаю сначала, попав в Разделяй. Я поеду к самому прекрасному минарет в мире — Кутб Минара, спрячусь в тени вековых колонн и буду глядеть на индийских женщин в сари ярких в мире красок и цветов.

Мне в Москве издавна уже не хватает ярчайших красок».