Почему в РИА „Анонсы не пустили представителей Фалуньгун?

112

Само выражение „извлечение органов» звучит жутко и для мещанина, и в особенности для тех, кто занимается духовной практикой Фалуньгун. Вправду, где брать органы для трансплантации?

В Китае эту делему решили просто: у тех, кто знаком с отчетом Кілгура и Мейтаса тот факт, что в Китае органы удаляются в живых последователей Фалуньгун, не вызывает колебаний.

Последователи этой духовной практики есть и в Рф. Это общественная некоммерческая организация, официально зарегистрированная правительством Москвы. Официально эта практика не запрещена ни в Рф, ни в Китае. Согласно оценкам правительства, до 1999 г. в Китае насчитывалось до 100 млн. последователей этой духовной практики. В Рф их количество не такое огромное.

Но все таки они решили придти на конференцию для того, чтоб задать вопрос: „ не будет делаться у нас то же самое, что и в Китае? С кем „дружит» Наша родина: с Китаем либо с коммунистической партией Китая?» Есть древняя поговорка „скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты» — наступающий год объявлен годом Китая в Рф.

20 декабря в пресс-клубе РИА „Анонсы» проходила конференция на тему: „Трудности ТРАНСПЛАНТОЛОГИИ: где брать органы для пересадки?» В фойе пресс-клуба я повстречался с 2-мя людьми: Сергеем и Ольгой. Их не пропускала охрана. Я поинтересовался, кто они и для чего пришли. Они сказали, что являются представителями духовной практики Фалуньгун в Рф, и что за два денька до пресс-конференции были записаны как участники.

Но на конференцию их не пустили, никаких обстоятельств для отказа не было названо. Но они не ушли, а стояли у выхода, на морозе, ждя окончания пресс-конференции для того, чтоб после окончания пресс-конференции ознакомить участников с теми материалами, которые они принесли с собой.

Кор.: С какой целью вы желали посетить пресс-конференцию?

Сергей: Мы желали посетить эту пресс-конференцию для того, чтоб выступить с воззванием от имени школы духовного и физического совершенствования Фалунь Дафа к мед общественности Рф. Общественности стало понятно о фактах массового извлечении органов у живых людей, в главном, последователей Фалуньгун, для проведения операций по трансплантации в Китае.

Мы желали бы поведать о том, что эта массовая кампания велась и ведется в критериях серьезной секретности, но все таки удалось подтвердить факты удаления органов.

Мы желали бы в подробностях проинформировать русских докторов для того, чтоб они сообразили ситуацию и были аккуратными в контактах по этому вопросу с китайской стороной, понимали ту действительную ситуацию, которая имеет место в мед мире.

Кор.: Ваши комменты: почему вас не пропустили на пресс-конференцию?

Сергей: Для нас эта ситуация совсем непонятна и кажется абсурдной, так как мы были заблаговременно аккредитованы на эту пресс-конференцию, но придя сюда, сотрудники охраны вкупе с милицией сказали нам о том, что у их есть таковой приказ не пускать нас. Точных ответов от охраны мы не смогли получить.

Потом, мы старались зв’ясувати сущность этой ситуации у представителей пресс-клуба РИА „Анонсы», но рядовые представители стушевались и не отыскали, что нам ответить на это, так как вправду здравого смысла в этих действиях тяжело отыскать, так как конференция открыта и для СМИ, и для публичных организаций, представителями одной из которых мы и являемся.

Управляющий пресс-клуба РАО ЕС государь Миронов за длительное время нашего разговора по телефону не мог обусловиться с предпосылкой, по которой нам отказали в участии в конференции. Находились совершенно разные подтверждения, начиная с технической ошибки… Но на наше заявление о том, что мы готовы принять роль в конференции, которая уже началась, решил „перенаправить» нас к другому сотруднику РИА „Анонсы», не указывая его должности.

Мы с ним связались, и вышло совершенно замкнутый круг, так как этот неведомый співробіткик перенаправил нас снова же к руководителю пресс-клуба. Повторное общение с этим управляющим оказалось, по собственной сущности, повтором предшествующего. Этот управляющий не сумел подабающим образом разъяснить те предпосылки, через которые нам не позволили пройти на пресс-конференцию. Он очень беспокоился и реальную причину, разумеется, не сумел либо не возжелал именовать.

В итоге всех этих дискуссий с представителями охраны и пресс-клуба нам не удалось зв’ясувати настоящую причину запрета нашего роли в пресс-конференции, что вызывает совсем логичные вопросы: „Если мы пытаемся выстроить демократическое общество, если в нашей стране декларируется свобода слова, то не являются ли эти деяния нарушением вышеупомянутых свобод, которые нам гарантирует Конституция РФ?» Нам кажется, что эта ситуация должна привлечь внимание общественности конкретно тут, так как, как мы считаем, тут откровенно имеет место нарушение наших прав».

Так кто все таки решает, кого можно пропускать на пресс-конференцию в РИА „Анонсы», а кого нет? Вопрос остается открытым.

Иван Поляков. Величавая Эра